Публикации в СМИ

МАКСИМ НЕСТЕРЕНКО: ИСКУССТВО ПРЕОБРАЖЕНИЯ

Профессия пластического хирурга давно перестала быть чем-то диковинным, а сама операция – дорогим капризом или неразумным расточительством. Тем не менее опытные хирурги по-прежнему в большой цене. Каковы нынешние эстетические вкусы аудитории и от чего зависит успешный результат операции, рассказал пластический хирург Максим Леонидович Нестеренко.

– С чего начался ваш путь в пластическую хирургию? Как возник интерес к этой сфере?

Мой путь к профессии пластического хирурга был поэтапным. Я окончил Московский второй медицинский институт и пошел по направлению “общая хирургия”, проработав два года в Московском городском научно-исследовательском институте скорой помощи имени Н. В. Склифосовского. Именно в то время я стал больше погружаться в сферу косметологии, осваивая различные инъекционные методики. Пожалуй, тогда и пришло понимание, что мне интереснее заниматься эстетической хирургией, нежели исключительно реконструктивной. Я пошел учиться по направлению “челюстно-лицевая хирургия”, для чего мне пришлось повторно пройти ординатуру у профессора А. И. Неробеева. В то время и сформировались мои представления о красоте.

– Вы специализируетесь на каких-то определенных операциях?

Уже более семи лет я занимаюсь пластической хирургией, при этом объем операций у меня обширный: я занимаюсь и ринопластикой, и увеличением/уменьшением груди, и различными операциями на лице (блефаропластика, круговая подтяжка и прочие). Учитывая то, что за плечами у меня образование по челюстно-лицевой хирургии, то ситуации, в которых требуется работать с носовой перегородкой, также нередко значатся в моей практике.

– Получается, у вас можно получить самый что ни на есть “комплексный подход”? Ведь чаще встречаются специалисты, ориентированные на что-то одно…

Это как раз-таки одно из моих преимуществ перед “коллегами по цеху”: как правило, вы чаще встретите хирурга, который делает грудь и лицо, либо того, кто специализируется только на ринопластике. К слову, пластические операции по коррекции формы носа считаются одними из самых сложных в отличие от маммопластики, здесь гораздо больше и методик работы, и важных нюансов. В моей практике количество оперативных вмешательств по изменению размера/формы груди и носа находятся примерно в одинаковом соотношении, то есть какого-либо одного направления специализации у меня нет.

– К слову о ринопластике, хирургов часто обвиняют в создании “одинаковых” носов. Что это – “почерк”, определенная методика или нечто иное?

Некоторая схожесть результатов действительно порой имеет место. Это объясняется, во-первых, тем, что у каждого хирурга есть свое представление о некой “идеальной”, с точки зрения пропорций, модели носа и соответственно тех нюансах, на которые он обращает внимание. К примеру, я всегда уточняю пожелания пациентов касательно спинки носа: насколько ровной она должна быть. Также если это не противоречит конкретной ситуации, я немного приподнимаю кончик носа, чтобы он не выглядел слишком длинным. В целом каждый пациент выбирает “своего” хирурга.

– Что наиболее важно для хирурга при общении с пациентом?

Как правило, приходя к врачу, пациенты говорят: “Хочу красивый нос” или “Мечтаю о красивой груди”. Для меня, как для пластического хирурга, очень важно понять, что именно хочет получить мой пациент и что в его понимании есть “красиво”: будь то нос, грудь или лицо. Поэтому очень важно обсудить и рассмотреть все детали в процессе консультации.

– С какими опасениями пациентов вам приходится сталкиваться чаще всего, о чем они спрашивают?

Один из наиболее распространенных мифов, волнующих моих пациенток, можно ли кормить грудью после операции по увеличению груди. Существуют три методики постановки имплантата: через подгрудный разрез, через подмышечную впадину и через ареолу соска. Имплантат ставится под мышцу, таким образом, независимо от выбранного метода, она не атрофируется, так что проблем с кормлением в последующем не возникает. Даже при подтяжке груди железа не затрагивается. Мои рекомендации тем, кто планирует рождение ребенка, сначала родить, привести свой вес в норму, а затем приходить на операцию, и дело тут не в качестве имплантата, а в том, что после грудного вскармливания сама грудь может измениться по форме, так что уже поставленный имплантат придется корректировать.

Еще один из часто задаваемых вопросов о том, что имплантаты нужно будет менять. Современные имплантаты не требуют замены. к тому же производители дают пожизненную гарантию на свою продукцию.

Всегда актуален вопрос выбора формы имплантата. В своей практике я чаще использую анатомические имплантаты, которые, в отличие от круглых, позволяют получить более естественный результат.

– Довольно часто на различных бьюти-сайтах можно встретить такое понятие, как “естественный ресурс кожи”, то есть раньше времени пластику делать не рекомендуют. Как вы это прокомментируете?

Понимаете, в пластической хирургии, как и в хирургии в целом, нет такого определения, как поздно или рано. Есть показания. И для каждой пластической операции, кстати, как и для косметологической процедуры, должен быть набор определенных показаний. Возраст в этом случае, по большому счету, значения не имеет.

– Как же найти того самого “идеально” подходящего доктора, который поможет преобразиться? Как вы рекомендуете выбирать хирурга?

Я всегда советую руководствоваться своим внутренним ощущением. То есть сначала, проведя небольшой анализ в Интернете, выберите трех специалистов (они могут отличаться по ценовой политике), фотографии проведенных операций которых вам нравятся. А затем нужно идти и общаться, узнавать хирурга. И тут вам поможет ваша интуиция. Ваш специалист – это тот, которому вы готовы довериться.

К следующей статье Вернуться к публикациям